ДВУХТАКТНЫЙ БЛЮЗ (ч.1) - Путешествия и др.истории - Каталог статей - Персональный сайт
Меню сайта
Категории каталога
Тюнинг [59]
Ремонт [58]
Тесты [13]
П.Д.Д. и культура вождения [36]
Мотообозреватель [86]
Путешествия и др.истории [24]
ATV и Гидроциклы [24]
Электротранспорт [7]
Велосипед [12]
Экипировка [16]
Мотоблоки и мотокультиваторы [7]
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Мини-чат
Наш опрос
Какие разделы нашего сайта Вам наиболее интересны ?

Всего ответов: 14
Четверг, 19.01.2017, 10:37
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | Вход
Мир мотоциклов
Форма входа
Главная » Статьи » Путешествия и др.истории

ДВУХТАКТНЫЙ БЛЮЗ (ч.1)
А началось все с того, что однажды весной, за год до описываемых событий, мой старинный друг почувствовал непреодолимое желание кататься и стал присматривать себе скутер. Мне – заядлому велолюбителю, проезжавшему 5-6 тысяч километров в год и никогда не закрывающему сезон, такое желание, в теплые майские дни, было совершенно понятно, и я оказал поддержку “заболевшему”. Вечерами, подолгу беседуя, мы взвешивали все "за", обсуждали достоинства и преимущества такого вида транспорта. Вместе же и поехали покупать присмотренную модель. Это была Honda Giorno – единственный, на наш взгляд, по настоящему стильный мотороллер из всей безликой массы “утюгов” и “лобзиков”. Скутер – “блюз”, скутер – “рок-н-ролл”. В тот день я впервые в жизни прокатился на двух колесах с мотором, и хотя это было не больше 100 метров, в сознании моем начались необратимые процессы.
   Прошел год. Всё это время я наблюдал за жизнью нашего первенца, слушая восторженные рассказы друга о скутерной жизни, рылся в Интернете, изучал рынок и убедился, что цены в Харькове сильно отличаются от одесских. И хотя знающие люди стращали катастрофическим качеством продаваемого там сырья, все же разница в 100-200$ впечатляла и заставляла задуматься. Впрочем, всерьез о покупке я не помышлял, пока с моим другом не произошел эпизод, возымевший определяющее влияние на ход последующих событий. Открывая сезон в один из первых теплых дней, двигаясь на высокой скорости по мокрой вечерней улице, он поймал серию жестоких весенних ям и сильно разбился, получив кратковременную амнезию и перелом ключицы. С места происшествия его увезли на "скорой", а мотороллер забрали менты. Проведя ночь в больнице и на утро, из-за испытываемой боли, не имея возможности полноценно передвигаться даже по квартире, друг попросил меня забрать скутер из РОВД и оценить его состояние.
   Giorno стоял у черного хода, сиротливо прислоненный к стене под лестницей, с торчащим в замке зажигания ключом и спущенным передним колесом. Я написал расписку, с помощью дежурного милиционера выволок мотороллер на улицу и укатил подальше за угол. Движок не проявил признаков жизни. Думая, что придется катить раненого пешком, я накачал колесо, и без особой надежды предпринял еще несколько попыток завести. К моему великому удивлению и радости скутер ожил, чем вызвал моё глубокое уважение, если учесть то обстоятельство, что ему пришлось кувыркнуться, и возможно не раз, на твердом асфальте. Сломанное левое зеркало я заменил правым и поехал. Подмятый передний диск травил воздух из бескамерки, давления в ней хватало лишь на несколько кварталов, но дома я отрихтовал вмятину и скутер вновь был в полном порядке. Чего нельзя было сказать о его хозяине. Полученная травма оказалась очень болезненной, и потому, не ожидая скорого выздоровления, друг попросил меня приютить скутер, позволив им пользоваться до тех пор, пока сам снова сможет сесть за руль. Так, внезапно, я стал, пусть и временно, владельцем японского мотороллера. Чувство, с которым я садился на него, забыть невозможно. В момент, когда я касался руля,  возникало ощущение средоточия сотен тысяч дорог, тропинок и шоссе, разостланных у моих ног. С восторгом понимая, что могу выбрать любую из них, я поворачивал ручку газа, отрывал от земли ноги и волшебным образом парил над ней, набирая скорость. Это было похоже на сон, где я разбегался, отталкивался, поджимал обе ноги и летел над самой землей, управляя полетом одним только чувством, ускользающим и неверным, но позволявшим держаться в воздухе и совершать повороты в привычной, спешащей будничной толпе, не обращающей на меня никакого внимания.  Ошеломленный, я думал, что наконец-то сумел вспомнить то, что давно умел, только не помнил как, и от этого сладко-сладко сжималось в животе. Проснувшись, я огорчался, что это, все-таки, было только во сне, и легкое невесомое скольжение не возможно ощутить в физическом теле. Но скутер подарил мне такую возможность. Наслаждаясь, я устраивал себе короткие прогулки, петляя по улицам,  и многокилометровые поездки по трассе на дачу. Возил грузы и ездил с любимой на пикник. Мерз на непрогретом весеннем ветру и мучался, пытаясь завести несговорчивый движок в холодную погоду, но получал от обладания этим замечательным механизмом только положительные эмоции и всякий раз, возвращаясь к месту стоянки, чувствовал, что не накатался. И все же пришел день, когда пришлось расставаться. Но я уже попал в эмоциональную зависимость, и мысль о поездке в Одессу все настойчивее стала овладевать моим сознанием. С нею я просыпался, с ней и засыпал. Пытался, как мог, представить обратный путь. Ухо всякий раз безошибочно выделяло далёкое жужжание двухтактных моторчиков в монотонном шуме весенних улиц, доносящимся в открытые окна, а глаз на улице провожал любого проезжающего мимо скутериста. Я мог сколько угодно убеждать себя, что в жизни есть куда более необходимые вещи, чем скутер, что есть намного более выгодные способы перемещения, но тот внутри, что все решает сам, только презрительно улыбался беспомощным и жалким попыткам разума, пытающегося построить стройные логические конструкции, чтобы объяснить, почему не стоит на это тратить деньги. 
   Настало лето. Столбик термометра застрял на 30º в тени. Единственная моя отправилась по путевке на отдых в Коблево. И в это же время одна из одесских контор начала акцию, предлагая, вроде бы, подготовленные скутера по оптовым ценам. С любым другим скутером представить себе возможность приобрести его в нормальном состоянии за 320$ было бы весьма сомнительно, но в случае с Giorno – моделью не популярной, такое казалось вполне реальным. По электронной почте мне ответили, что среди Giorno, имевшихся в наличии, даже есть выбор, который слегка увеличивал шанс купить нормальный аппарат. Цвет для меня особого значения не имел, в первую очередь интересовало качество. На картинках, добытых в Интернете, симпатично выглядел Giorno deluxe, особенно красный, с его накладками под хром. Но о таком я не смел даже мечтать. Делюксов никто не предлагал, и  без ответа остались мои сообщения направленные для подстраховки в другие конторы продающие японский секонд-хенд. Тем не менее, я стал всерьёз обдумывать поездку. Стал шарить в Интернете, изучая дорожные карты и расположение нужных адресов на плане Одессы, прогнозы погоды на ближайшие дни, расписание поездов… Вдобавок, каждый день, проведенный в разлуке с любимой, усиливал желание увидеться. Хотя мобильный телефон обеспечивал общение при малейшей потребности, но возможность внезапно очутиться на пляже рядом с ней чрезвычайно увлекала, и я решился.
   В воображении всё вырисовывалось довольно складно:
   Поезд прибывает в Одессу в 8:30, "мотосалон" открывается в 9:00 и, судя по карте, мне потребуется как раз 30 минут, чтобы дойти пешком от вокзала. На то чтобы купить скутер и необходимые запчасти я отводил себе 1-2 часа. Потом, пользуясь случаем, экскурсионный проезд по улицам Одессы и в путь. Расстояние от Одессы до Харькова составляет около 650 километров. 50 км до Коблево не должны были занять больше двух часов. Затем моё эффектное появление, отдых и общение с Единственной. Оставшиеся 600 км я планировал преодолеть на следующий день. Выехав как можно раньше, и двигаясь со средней скоростью 40 км/ч, домой я рассчитывал добраться ночью или ближе к утру. Оставалось взять последний рубеж – купить билет в один конец.
   В кассах ажиотаж, многочасовые очереди, половина уходит ни с чем, не во все города есть билеты даже на конец месяца, а я намерен выехать через день. Но все сложилось благополучно, и у меня появилась уверенность в задуманном предприятии. Список необходимых вещей я начал формировать за неделю до отъезда, и каждый день, до последнего момента, он увеличивался на одно - два наименования. Тем не менее, вся поклажа уместилась в один рюкзачок, кроме теплой толстокожей косухи, которую пришлось, как ребенка, везти на руках. На нее я возлагал большие надежды, поскольку в день отправления жара спала и в небе появились облака.
   Чтобы обеспечить любимой сюрприз, в свой план я не посвятил никого, кроме друга – единомышленника, а чтобы меня не расшифровали раньше времени по стуку колес и железнодорожным шумам, пришлось отключить связь под предлогом зарядки батареи. В поезде прошла неспокойная, полубессонная ночь. Возбужденное сознание тревожилось на каждой станции от хлопающей двери, непрестанной ходьбы и ночных скандалов пассажиров с проводниками. Лежал я на жесткой полке и с удовольствием думал о том, что не будет этого кошмара на обратном пути. В нетерпении поднялся в пять утра, пил чай из термоса и любовался в окно полями красными от маков, решив непременно нарвать букет таких по дороге в Коблево. Я ехал в неизвестность, в туман. Я не знал, что найду там, что меня ждет – я ехал в мечту, пока ещё только направляясь к началу своего путешествия.
   Одесские улицы встретили меня обилием двухколесных. Каждые 2-3 минуты мимо пролетал жужик, каждые 5-10 проплывал роскошный мотоцикл. Сердце мое билось так сильно, словно хотело выбраться наружу и увидеть все собственными глазами. Сдерживая волнение, будто перед первым свиданием, я шагал, уверено ориентируясь по распечаткам карты Одессы, сделанными во время подготовки поездки. По пути, возле одного мотомагазинчика, красовались выставленные на продажу несколько мотоциклов и скутеров, среди них бедным родственником приткнулся чёрный, довольно потрепанный Giorno. Это был добрый знак. Если первый попавшийся магазин предлагает то, зачем я сюда приехал, пусть даже такой невзрачненький, то вполне можно надеяться на успех. Воодушевлённый, я добрался на место в точности к открытию. Первая часть плана блестяще удалась. Склад открывали при мне. Я и покупатели, пришедшие раньше, ступили в сумрак большого гаража, способного вместить пару грузовиков, сплошь уставленного всяческими скутами. С потолка гроздями свисал разномастный пластик, запчасти, ремни, троса и прочие останки от скончавшихся экземпляров. Я наконец-то мог успокоить своё воображение, воспалившееся за прошедшие дни от бесплодных попыток представить себе будущее. Теперь я всё видел собственными глазами. Giorno действительно было штук десять, они стояли рядком, тесно прижавшись друг к дружке светло-зелеными бортами, с изорванными в клочья сиденьями и битым пластиком. На «подготовленный» ни один из них не тянул. Продавец заверил, что любой из них механики подготовят за пару часов, от меня требовалось только выбрать. Я ткнул пальцем в наиболее понравившийся. Его выкатили из строя, попытались завести… обнаружился клин в двигателе. Выбрал другой. Во дворе на солнышке, когда открыли багажник, я увидел треснувший пополам "унитаз" и глубокий разлом наружной облицовки… Но отчаиваться пока ещё было рано. Здесь же во дворе обнаружилось отгороженное пространство с двумя десятками разных моделей на вид гораздо более живых. Среди них на спущенных колесах стоял красный Giorno deluxe! Я не поверил собственным глазам. Мне объяснили, что это скутера конкурентов, а к ним лучше не обращаться. Но, пока разбирались с убогоньким, я пошел поинтересоваться увиденным. Хозяин завел его с пол-оборота, прохватил по двору прямо на полуспущенных, демонстрируя его резвость задрал на дыбы, дал прокатиться и мне. Абсолютно чётко и ровно работающий двигатель, нежная вибрация которого разливалась по телу и вместе с кровью наполняла сердце. Отличная реакция и динамика. Гладкая, без провалов, работа вариатора. Цена 350$. Сомнений почти не оставалось. Я спросил, покажут ли мне состояние ремня и валов. Никаких возражений. Мне предстояла серьёзная поездка, поэтому я не собирался играть в благородство – отказался от услуг конторы, благодаря которой очутился здесь, но не оправдавшей ожиданий, и вернулся осмотреть претендента. Отметил родные обода и зеркала. На переднем обтекателе отсутствовала декоративная окантовка, на рычагах вилки не было накладок, разбит один из задних поворотников, сиденье перетянуто, причем, по-видимому, прямо поверх прежних лохмотьев, но уже с дыркой. Пластик кое-где поцарапан, потерт, сзади небольшая трещина. На голове с большой круглой фарой и хромированной стойке левого зеркала несколько глубоких царапин, свидетельствующих о том, что прежний владелец подо что-то въехал. После него на спидометре остались 4521км. Здесь же на площадке были ещё три Giorno. Два из них разной степени готовности стояли в стороне, а третий выпотрошенный с вывернутыми наружу внутренностями служил донором для остальных. Из груды принадлежавших ему запчастей на меня взирал одиноким оранжевым глазом необходимый поворотник. Я попросил заменить разбитый, а накладки на вилку имелись по одной на двух других выздоравливающих пациентах. Они тоже перекочевали на мой. Пока мотороллер мыли, полировали и накачивали колеса, осуществляя, так сказать, предпродажный сервис, я поинтересовался невзначай,- а как он, если на нем в дальнобой?
   - А далеко тебе ехать?
   Услышав настороженные нотки, я не рискнул назвать истинный пункт назначения, решив ограничиться Коблево. Уж очень не хотелось услышать в ответ что-нибудь вроде:- «Ты что не нормальный? Да он у тебя сдохнет через два часа таких катаний! Такие моторы не для этого предназначены, он же не выдержит столько, и т. п.» Узнав, что это примерно 50км, мне ответили – «всё будет в порядке, ты только масло в бак добавь, да остывать давай время от времени. Люди приезжали, покупали скутера, и уезжали своим ходом в Киев, Молдавию». От Одессы до Киева путь не близкий – 480 км, поэтому факты эти вселяли оптимизм. Тем временем мы совершили все необходимые процедуры. Я поменял пачку разноцветных бумажек на мечту, обретшую, наконец, осязаемую плоть и форму, и с этого момента стал владельцем собственного Giorno!
   Даже на то, чтобы купить более-менее подготовленный скутер ушла уйма времени, и я со страхом думал, сколько бы пришлось ждать, если бы не эта невероятная удача. Своими просьбами «заменить» и «привинтить» я, по-видимому, всех достал, потому что на моё «спасибо» механик отреагировал без энтузиазма. Пришлось поискать эквивалент в кошельке. Время шло, и я уже не стал заглядывать под крышку вариатора и открывать фильтр – там, похоже, всё было в порядке. Оставалось приобрести запчасти, но здесь можно было купить только целый скутер. К соседям обращаться не хотелось, оставался «Восход» - одесский мото - вело рынок. Меня снабдили подробной схемой, как туда добраться, я бросил рюкзак на подножку, надел косуху и выехал за ворота.
   Первым делом предстояло заправиться. Индикатор уровня масла вспыхивал при торможении, но до «Восхода», где я планировал пополнить запасы, было не далеко. На Giorno я почувствовал себя дома. Привычная посадка, привычная реакция мотороллера на разгон и торможение. Однако на скорости выше 30км/ч проявился неприятный дефект. На ровном покрытии всё было в порядке, но малейшая неровность заставляла так сильно вибрировать руль, что приходилось сбрасывать скорость, чтобы избежать неприятностей. Пришлось возвращаться. Предположили, что не затянута рулевая колонка. Сняли пластик, подтянули. Как будто бы помогло.
   Перевалило уже за полдень. Я начинал отставать от графика, и экскурсионную поездку пришлось заменить поездкой на «Восход». По пути туда обнаружил, что не работают бибикалка, ближний свет, задний габарит и стоп сигнал. В список запчастей добавились лампочки. Рынок нашел без проблем. Купил масло, лампочку в фару, на всякий случай две камеры и ремень, а вот с задним фонарём вышла промашка. Какая нужна лампочка я не знал, взял, что по дешевле, хотя мог тут же вскрыть фонарь и проверить подойдет или нет, но в тот момент у меня, вероятно, ещё не наступило чувство собственности, да и время убывало слишком быстро. Вдобавок расползлась змейка на туго набитом рюкзаке, и его содержимое стало ненадёжно выглядывать наружу. Пришлось экстренно решать возникшую проблему. Кое-как уладил, побросал покупки в багажник и тронулся в путь по незнакомым улицам чужого города. Однако осознания того, что от дома меня отделяет почти 700 км, не возникало. Внимание, целиком поглощенное покупкой, не слишком интересовалось окружающим, а    транспортная и архитектурная схожесть улиц вызывали ощущение, будто я просто нахожусь в малознакомом районе родного города. Единственная заметная разница состояла в ливневых коллекторах, которые в Одессе почему-то располагаются поперёк дороги в метре от обочины, то есть как раз на траектории велосипедистов и скутеристов, при этом утоплены в асфальт сантиметров на 10. Я поймал один такой, поздно заметив его из-за своей невысокой посадки. На одной улице образовалась длинная пробка. Виной всему оказался травмированный пешеход весь в крови лежащий посередине улицы. Медики, перегородив дорогу своей "скорой", оказывали ему помощь. Место трагедии я неспешно объехал по тротуару. А на кривом оживленном перекрестке неудачно остановился в крайнем правом ряду и долго не мог повернуть налево, из-за плотного движения пропуская раз за разом зеленый сигнал, пока разобрался в схеме проезда и проскочил наконец, поймав удобный момент. На незнакомых переполненных улицах постоянно возникала необходимость свериться с картой, и эти остановки понемногу отбирали время, а мне предстояло посетить ещё один адрес, чтобы купить заказанный в Харькове тросик спидометра. Искомую запчасть приобрёл в боксах почти на выезде из города, а потому решил, не возвращаясь обратно в центр, выбраться на трассу по окружной. Пока ехал, видел два указателя с надписью «Николаев 3». Но на самой объездной никаких подсказок не было, и не включи я пространственное воображение, уехал бы, наверное, в Тирасполь или Киев, пропустив нужный поворот. На всякий случай уточнил направление у коллеги скутериста, пешком ведущего свой захворавший Lead. Будучи не в силах чем-либо помочь, я лишь наполнил сочувствием свой взгляд и сокрушенно покачал головой, пытаясь оказать, таким образом, моральную поддержку незнакомцу.
   Узкая, разделённая сплошной осевой полосой объездная дорога оказалась плохо приспособленной для движения на скутере. Обгоняя меня, водителям приходилось выезжать на встречную полосу, а при интенсивном движении тяжёлые, гремящие, чадящие жаром и пылящие фуры проходили, на расстоянии вытянутой руки, сотрясая землю.  Вдобавок на выкатанных ими в расплавленном асфальте колеях в полной мере проявился непонятный дефект управления. Маленькие колёсики скутера вообще чувствительны ко всякого рода неровностям, а тут мотороллер непредсказуемо вело то влево, то вправо, словно на спущенном колесе. Приходилось ловить его рулём, пытаясь предугадать траекторию, при этом оставаясь в коридорчике (тореадорчиком) между изгрызаной обочиной и попутками. Над воняющими гнилью заливами висели такие плотные тучи мошкары, что приходилось задерживать дыхание, а для вдоха закрываться ладонью, чтобы не втянуть одно из тысяч насекомых, разбивающихся об очки, застревающих в волосах, попадающих за шиворот, колючим дождём бьющих в лицо и ворохом осыпающихся с куртки на колени. Если б я был птицей, то раскрыл бы клюв и плотно пообедал. Кстати о птичках. Было уже больше трёх часов, а завтракал я в половине шестого чаем с печеньем, но есть совершенно не хотелось. Я решил, если организм скажет "надо", пообедаю где-нибудь в полях по пути, но он, похоже, был занят перевариванием свежих впечатлений. В запасе у меня было десяток варёных картофелин, 4 яйца вкрутую, немного кабачковой икры, 2 пачки печенья и чай в термосе. Это был основной запас, который я планировал пополнять по мере надобности.                   
   По обе стороны от дороги то и дело попадались выставленные на продажу скутера, надписи на воротах гаражей «РАЗБОРКА СКУТЕРОВ» и целые стоянки, заполненные только полтинниками. Среди них я заметил немало разноцветных круглобоких Giorno, издали напоминающих сложивших крылышки жучков с усиками-зеркалами на маленькой круглой головке. Я понял – так выглядит рай для секонд-хенда.
   Вскоре объездная дорога, повернув в город, кончилась и я, опасаясь заблудиться в городских кварталах, поехал в объезд, пользуясь указателями, установленными для грузовиков. Поверните налево, поверните направо, теперь ещё раз налево, а здесь снова направо, тут у нас ремонт, сюда, пожалуйста, в объезд… так закружляли, что я начисто потерял ориентировку, а последний указатель, выводящий на трассу, не установили. Должно быть, это одно из проявлений знаменитого одесского юмора. Еду я 10 минут в ожидании подсказки, - 20. По сторонам выросли высотки, появился общественный транспорт. Ощущая смутное беспокойство, продолжаю ехать. Высотки сменились складами, заборами и промпредприятиями в пыльных, старых зданиях. То здесь, то там продаются скутера. Еду и думаю, какая же Одесса всё-таки длинная, никак не закончится, и вдруг вижу указатель, где, среди прочего, надпись «центр» с попутной стрелкой. Я глазам своим не поверил, - что за мистификации!? Продолжаю ехать в поисках у кого бы спросить направление. Кто лучше всех должен знать город? Полагаю таксисты, инспектора ГАИ и дальнобойщики. Но ни первых, ни последних поблизости не видно, а ГАИ стоят, но на левой стороне, до них не докричаться. Они провожают меня пристальным взглядом, а я еду дальше и через некоторое время снова вижу указатель, где написано – что, "таки да, ви, молодой человек, едете в центр Одэссы". Вскоре улица заканчивается Т-образным перекрестком, и очередная надпись «Николаев 3» приглашает меня повернуть направо на второй круг. Спрашиваю дорогу у дальнобойщика, откинувшего голову своему КамАЗу, он охотно объясняет сколько раз повернуть и где, что примечательно, указуя путь противоположный знаку. Досадуя и жалея о без пользы потраченных силах, времени и бензине, еду в обратном направлении. 30 километров! Если бы не отсутствие нужного указателя я был бы уже на полпути в Коблево, теперь ещё 30 до пропущенного поворота. Почти два часа потерянного времени в условии его нехватки – серьёзный промах.
   Как известно, пуганая ворона и на воду дует, поэтому, когда обгонявшая маршрутка прижала меня к виденной ранее машине ГАИ, я решил воспользоваться случаем и лишний раз уточнить правильно ли еду. На мой вопрос, как выехать на Николаев, один из инспекторов воскликнул: “Шо! Ты шо прикалываешься!?”- И, поправляя что-то на поясе, шагнул в мою сторону, но сделал это с такой интонацией и настолько внезапно и резко, что мне с перепугу показалось, что он намерен выхватить из кобуры пистолет, и я почувствовал себя презренным преступником, осмелившимся на подобную дерзость. “Ты же только что в ту сторону ехал”. Пытаясь спасти положение, я сказал: ”Да нет… я в Коблево, на базу отдыха… заблудился… пропустил поворот…” Секунду подумав, и не усмотрев в моих действиях состава преступления, но, по-видимому, подозревая определённый диагноз, инспектор подтвердил правильность моего курса, а на вопрос когда и где надо свернуть, чтобы не пропустить то самое Коблево, ответил, что, езжай, презренный. Мимо, мол, не проедешь, оно стоит прям на трассе… С тем я и отбыл. Признаться, мне всегда казалось, что служба ГАИ призвана не только следить за порядком и соблюдением правил, но и оказывать определённую помощь на дороге. Однако, если раньше я слышал от других, то теперь и сам увидел, что на самом деле они ведут беспощадную и неравную борьбу со всем, что движется по этим самым дорогам, воспринимая водителей как врагов. Дальше я ехал размышляя как действовать, если увижу засаду на трассе. Предупреждать ли встречные машины, моргая им фарой,  или это не моя война, поскольку мчащийся выше ста км/ч автомобиль представляет для меня большую угрозу, нежели милицейский радар. Решив действовать по обстоятельствам я отложил этот вопрос напотом.
   Судя по карте, в Коблево вели две дороги, одна по побережью, другая в глубине. Мне конечно же хотелось провести время в пути созерцая бескрайний морской простор, однако и здесь меня постигла неудача. То ли развилка была невнятной, то ли не было её вовсе, но уехал я в глубь одесских степей и, как ни старался, ни проблеска глади морской не углядел на горизонте. Впрочем, дорога была великолепна. Прямая и ровная как струна, рассекающая холмы с молодой ярко-зелёной травой - какая бывает только в начале лета. Асфальт без единой трещинки, со свежей разметкой и идеально ровной обочиной, отмеченной, вместо полосатых столбиков, таблетками с красными и белыми отражателями, установленными прямо на асфальте по краям и середине дороги. Из любопытства я проверил их на дуракаустойчивость, проехавшись по ним, но заметив следы развернувшейся на них фуры, оставил свои эксперименты, и стал развлекаться, устраивая слалом в отсутствие попутных машин, благо было их не так много. Зато и мчались они на такой дорожке не то, что в городе. Даже тяжеленные фуры выдавали всё, на что способны, но от меня, ползущего 35 км/ч, держались как от греха – подальше. Неудобства в управлении, напрягавшие меня на кривом асфальте, здесь совершенно не проявлялись. И я мог бы наслаждаться поездкой, если бы не безнадёжное опоздание, да новая напасть – полное отсутствие бензозаправок. Не зная свой расход, и не имея возможности пополнить запас топлива, я всерьёз обеспокоился перспективой обсохнуть где-нибудь в дали от цивилизации и потерять оставшиеся капли растраченного времени. Датчик топливомера неуклонно клонился к нулю, и чем дальше, тем стремительнее, а впереди, насколько хватало глаз, не просматривалось ничего похожего на АЗС. Наверное, так в бескрайних песках пустыни томимый жаждой путник всматривается вдаль в надежде увидеть долгожданный оазис. Вскоре на противоположной стороне я увидел бригаду дорожных рабочих и, будучи не в силах более выносить неизвестность, направил Giorno к их желтому грузовику. Перекрикивая компрессор вопросил, далеко ли до Коблево, и есть ли где поблизости заправка. Парни в грязных оранжевых жилетках, одетых на голое тело, побросав надоевшую работу, стали подтягиваться поглазеть. Узнав, что до Коблево осталось километров 10, а до заправки и того меньше, я воодушевился и на вопрос: “Ну, как аппарат, рвет с места?”, игнорируя сарказм, открутил ручку, уносясь в даль. Вскоре, с чувством огромного облегчения, въехал на заправку. Здесь был самый дешёвый бензин, каким мне довелось заправляться в пути. Я тогда радовался такой экономии, но как гласит старинная пословица: «Дешёвая рыбка, бензин - юшка». Залив полный бак я выяснил, что опасения не доехать оказались беспочвенны, ибо после 120 км сегодняшней поездки топлива в нём оставалось чуть меньше половины. Заправщик, обслужив меня, с глубоким сочувствием поинтересовался, а какого же он года? Я соврал, что 92, хотя на самом деле, как потом выяснилось, 96 и понял, что мой красный Giorno воспринимается  большинством граждан как замшелый раритет и наследство из дедушкиного гаража, наподобие старой ЯВЫ или горбатого запорожца, каким-то чудом сохранившийся до наших дней.
  
Продолжение следует...


Источник: http://www.motodrive.com.ua
Категория: Путешествия и др.истории | Добавил: motosever (13.08.2008)
Просмотров: 540 | Комментарии: 2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz