Как меня в милицию забирали - Путешествия и др.истории - Каталог статей - Персональный сайт
Меню сайта
Категории каталога
Тюнинг [59]
Ремонт [58]
Тесты [13]
П.Д.Д. и культура вождения [36]
Мотообозреватель [86]
Путешествия и др.истории [24]
ATV и Гидроциклы [24]
Электротранспорт [7]
Велосипед [12]
Экипировка [16]
Мотоблоки и мотокультиваторы [7]
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Мини-чат
Наш опрос
Какие разделы нашего сайта Вам наиболее интересны ?

Всего ответов: 14
Суббота, 25.03.2017, 07:57
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | Вход
Мир мотоциклов
Форма входа
Главная » Статьи » Путешествия и др.истории

Как меня в милицию забирали
   Короче, все началось с мотоцикла. Некоторые люди объясняют свою любовь к мотоциклам ощущением свободы, лозунги всякие толкают пафосные. Лично я никакой свободы тут не ощущаю. Напротив, сплошная несвобода какая-то. Иду себе по улице спокойно, а как услышу рев какого-то байка, или там урчание такое басовитое, так просто шею себе чуть не сворачиваю, провожая его взглядом. А когда сезон пропал "коту под хвост", такая депрессия была, хоть вешайся. В жизни никогда не думала, что мне на них так "башню подвинет". Какая уж тут свобода… Да, так вот. Когда мне стало невмоготу просто на них смотреть, а денег вроде накопилось достаточно, чтобы купить себе какое-то скро-о-омное средство для обучения мотоциклетной езде, я с головой ринулась в эту авантюру. Потому что, кроме, как авантюрой, иначе эту покупку никак не назовешь. К тому же, если учесть, что я знала про мотоциклы только то, что они бывают на двух колесах и с рулем. Но "Яву" в "предубитом" состоянии я все-таки себе купила. И "Ява" эта как-то подозрительно быстро стала переходить в состояние убитое, все же давая мне, время от времени на себе кататься... Вернее, учиться. Я прибилась к ребятам в мотомастерской, что была на стоянке недалеко от рынка, на 25-й Чапаевской, и они меня потихоньку учили ездить, попутно что-то в ней подкручивая и подвинчивая. К моменту начала этой истории я уже умела ее заводить и ездить на первой и на второй передаче, знала (по печальному опыту), что нельзя выезжать на щебенку, разворачиваться на ней и давать газу, и пыталась ее толкать взад-вперед... Ребята называли это "почувствовать тяжесть мотоцикла".
   Боялась я эту "Яву" страшно. Признаюсь, как на духу. И благоговела перед ней, как перед каким-то божеством, капризным, своенравным и непредсказуемым. Заводился, когда хотел, глох, когда хотел, иногда страшно рычал и ревел, в общем — шайтан какой-то. Ну, я-то видела, что, кроме меня, он никого не пугал, и ребята обращались с ним по-деловому. И мне страшно хотелось тоже обращаться с ним по-деловому, небрежно, как они. Я просто сон потеряла, так мне хотелось приручить этот мотоцикл! А в тот день, сами понимаете, до приручения было еще далеко.
   А день был прекрасный. Чудесный такой августовский воскресный день. Утром я была уже в мастерской. А, надо сказать, мастерская эта была на задворках небольшой стоянки, и имела выход на поле — этакий полигон с грунтовыми дорогами. Одна из них выводила на бетонку, которая шла вдоль полигона. Что там было за бетонкой, я не знала... Да, так вот. Саша из мастерской  выкатил мне мотоцикл, проследил за тем, чтобы он как следует разогрелся, и говорит: "На первой-второй ты уже попробовала как ездить, по стоянке ездить на третьей не получится, поэтому езжай-ка ты на поле, по грунтовке. Там есть где покататься и по прямой, и в повороты повходить, так что… ты, это... аккуратно, конечно… руль лови, грунтовка все-таки… Ну, в общем, попутешествуй". И выехала я на поле... В первый раз. На грунтовку. Ну, вроде нормально. Набралась храбрости, на третью переключилась. Смотрю, с мотоцикла не падаю, еду. Еду, елки-палки! Впервые в жизни, как взрослая, на третьей передаче! Все вокруг такое чудесное, солнечное, ветер откуда ни возьмись в ушах свистит... Эйфория тем временем как-то незаметно сменилась жаждой исследования местности. Доезжаю до Т-образного перекрестка, смотрю: о! Помеха справа. Едет самолет. Настоящий пассажирский "ТУ". Останавливаюсь, в руль вцепилась, чтобы не снесло, стою, пропускаю. Я даже не удивилась. Ну, как же. Это же мотоцикл. Новая жизнь, приключения. И потом, я ведь правильно действую! Я впервые одна, без инструктора, на Т-образном перекрестке, не растерялась, остановилась, без истерик. А то про женщин говорят, что они, когда ездить начинают, часто в истерики впадают на перекрестках. Короче, стою, горжусь собой. И тут вдруг сзади слышу, машина подъезжает. Оборачиваюсь — так и есть, такой грузовичок служебный, а в нем двое. Я отвернулась. Слышу — сзади звук захлопывающейся двери. И меня так кто-то хватает энергично под локоток. Барышень так не хватают вообще-то... Оборачиваюсь, смотрю на него. А он тем временем у меня ключ из зажигания вытаскивает — р-раз! И в кулаке зажал. Ну, ни фига себе, думаю, бандитизм какой средь бела дня! Только я собралась раскрыть рот и доходчиво изложить ему свою точку зрения по этому поводу, как вижу, второй мужик, оставшийся в грузовичке за рулем, докладывает по рации. "Объект, — говорит, — настигли. Разрешите въезд на взлетную полосу!" А ему по рации в ответ доносится истошный женский вопль, переходящий на визг. "Берите ее, разрешаю!", — кричит. И еще что-то, дальше я не разобрала, потому что голос перешел в ультразвуковой диапазон. То есть, это аэропорт, оказывается... Честно признаться, я, конечно, тут обалдела несколько, но все равно, большой трагедии еще пока не вижу. Я же не бросилась под колеса их самолету? Под шасси, то есть. Молча выразительно смотрю на первого мужика и протягиваю руку за своим ключом. Отдавай, типа. А он мне: "Слезай, давай. Приехала"... Вижу, настроены они решительно. А тут рация опять визжит. "Ну, что вы там, — кричит. — У меня следующий самолет! Берите ее скорее!". В общем, первый мужик водрузился на мою "Яву", а я села в грузовичок. Мужик за рулем искоса посмотрел на меня, вздохнул и говорит: "Эх, дочка, что же тебя в аэропорт понесло?". И как-то так он это душевно и печально сказал, как будто что-то случилось непоправимое... "Здесь, — говорит, — не на мотоциклах ездить надо, а на самолетах. Сейчас мы тебя в ВОХР доставим, пусть они там решают, что с тобой делать"...
   Приезжаем в ВОХР. Видно, мое появление на территории аэропорта было большим событием, потому что встречать нас вышла толпа народу. Чувствую, я прямо как серьезный преступник или маньяк какой-то, которого долго ловили и вот, наконец, поймали. Усадили меня на стул рядом со столом, сбоку. В комнату набилось народу — смотрят на меня и молчат. Я молчу, и они молчат. Тут в комнату входит этот первый мужик, который у меня ключ забрал, и этак по-деловому, небрежно, прямо как ребята в мастерской, бросает мне: "У тебя один цилиндр плохо работает". "Да, — отвечаю, — правый". Ну, не потому что я разбираюсь, а просто я слышала, как ребята в мастерской об этом говорили. Но народ на меня посмотрел вроде как даже с уважением. По динамику из соседней комнаты вдруг раздается тот же визгливый женский голос: "Привезли? Давайте, по всей строгости ее!". Заходит в комнату пожилой мужчина, с выражением усталости на лице, садится за стол, рядом с которым я сижу, и говорит мне: "Зачем же вы на территорию аэропорта заехали? Из-за вас два самолета пошли на второй круг... Вы знаете, что это правонарушение? За него уставом аэропорта предусмотрен штраф, и немаленький. Если один самолет на второй круг пошел, за это триста долларов штрафа надо платить, а тут целых два. Есть у вас такие деньги?"
   "Нет", — говорю. Он начал рассказывать, как им досаждают эти безобразники мопедисты, какой урон они приносят, как они пытаются их ловить, и как это все безответственно и опасно. А я тем временем про себя думаю: "Господи, шестьсот баксов! "Ява" эта мне стоила четыреста, и то все твердят, что меня надули. Еще у меня есть компьютер, но его продать нельзя, это мое средство производства. А больше у меня, собственно, ничего и нет. Родители про мой мотоцикл ничего не знают, и знать пока не должны. Их надо будет потом просто перед фактом ставить. Придется продать себя шефу в рабство, пока не отработаю эти шестьсот баксов. Потому что на сегодняшний день у меня заканчивается неоплачиваемый отпуск, и едва осталось четыреста гривен от всячески накопленного...". Сижу, поникла. И все вокруг, замечаю, как-то погрустнели, прониклись, видно, моей отныне незавидной судьбой. Получу теперь, думаю, за всех мопедистов. Начальник мне:
   — Ну что, лекцию прослушала, уяснила, что натворила?
   — Да, — говорю, — уяснила.
   — А теперь давай, — говорит, — твои данные и распишись в журнале.
   Признаться, мне опять стало нехорошо. Мало ли для чего мои данные? Вдруг  родителей оповещать собираются? Ну, на работу ладно, а дома про мотоцикл не знают, а врать у меня всегда плохо получалось...
   — Теперь подымайся, — говорит начальник, — ребята тебя в милицию аэропорта отведут.
   — А мотоцикл? — спрашиваю.
   — А где документы на мотоцикл? — говорит начальник.
   — В мастерской, — отвечаю.
   Чувствую, что как-то глупо получается, но что делать. Начинаю объяснять, что я учусь ездить, документы есть, мотоцикл обычно стоит в мастерской, а сегодня меня пустили в поле покататься. Чтобы в поле кататься, документы вроде не нужны, поэтому при мне их нет.
   — Что ж, — говорит начальник, — мотоцикл получишь, когда документы предъявишь, а сейчас ведите ее в милицию...

   И меня повели в милицию. Когда меня привели в отделение, обо мне там, видимо, уже знали... Отделение было небольшое, чистое, милиционеры — дяденьки в возрасте, обычной для этой профессии упитанности, но не злые. Меня опять спрашивали имя, отчество, год рождения и все такое. Я честно отвечала, и всем было понятно, что я не вру, и опять почему-то все вокруг меня грустнели. Даже милиционеры. Но под конец нервы у меня сдали. Это был самый последний вопрос. Они спохватились, что чуть не забыли меня спросить домашний номер телефона. У меня в голове пронеслась картина: звонит телефон, мама берет трубку, а ей там, из трубки: "Здравствуйте, Мария такая-то тут проживает? Это из милиции звонят"… И мама тихонько сползает куда-то вниз… Этого я вынести не смогла. И я сказала, что домашнего телефона нет. Получилось некрасиво, голос у меня дрогнул, и все поняли, что я вру. Но, видно, им было меня жалко, и обличать меня никто не стал. Я опять объяснила ситуацию с документами, и мне сказали, что мотоцикл постоит у них, пока я не привезу документы. Парни вывели меня из отделения и проводили до площади, где останавливаются маршрутки. Но тут до меня начинает доходить, что я в тех старых джинсах, которые я специально привезла в мастерскую, чтобы переодеваться в них, как в учебную форму. А деньги остались в новых, в мастерской. Я молча лезу в карман, один, другой, и вытаскиваю от туда 5 копеек. Все. Держу на ладони эти 5 копеек, смотрю на них, потом на маршрутки. Парни за мной наблюдают, все поняли, и только ждут, что я попрошу пару гривен занять. До возвращения. Но мне просить очень тяжело дается... Плохо у меня со всякими жизненно важными навыками — что врать, что просить. Как женщина, видимо, я не состоялась... Поэтому я вздохнула только и сказала, что, скорее всего, задержусь немного, часа на два, но сегодня точно приеду. Вышла я на дорогу, что ведет из аэропорта, и смотрю, справа на обочине мужик стоит, в "Жигулях" копается. Я к нему: "Извините, — говорю, — не подскажете самый короткий путь на 25-ю Чапаевскую?". Он меня взглядом окинул и хмуро мне так: "Первый поворот направо". Я поблагодарила, иду. Первый поворот направо, поворачиваю. Дорога без тротуара, кусты сплошные буйные по обе стороны, иду по обочине... И тут вдруг как будто из-под земли парень появился. И явно ко мне направляется, а поравнявшись, спрашивает: "Девушка, вы работаете?" Я не поняла. Сегодня воскресенье, я не на работе, и вообще в отпуске. На всякий случай решила спросить: "А в чем дело?". "Ну, я хотел бы с вами..." — говорит он и дальше чего-то не продолжает. И смотрит на меня так настойчиво. И тут до меня дошло. Я — на "стометровке"! Реакция у меня была стремительная. То есть, я стремительно дала оттуда деру. "Нет!" — кричу, и бегом оттуда! А сама думаю, это как же я выгляжу, если меня за проститутку приняли? Голубая майка, старые джинсы, кроссовки и мотоциклетные перчатки с обрезанными пальцами — интересно, под какой путаночный имидж я подпадаю? "Алисы в стране чудес" в начале 21-го века, наверное? Вот только перчатки подкачали... Не, с перчатками я, наверное, как выросшая Лолита с изуверскими наклонностями... От испуга я довольно быстро, чередуя спортивный шаг с мелкими перебежками, добралась до мастерской. Захожу. Саша мне: "О, привет, что-то тебя давно не было. Как мотоцикл?". "Нормально, — говорю. — Только правый цилиндр плохо работает". "А, ну, давай посмотрим, что там с ним. Где мотоцикл-то?" "В милиции", — говорю. Глаза у Саши округлились...
   Пришлось рассказать, что со мной приключилось. Народ попадал со стульев, с верстаков и вообще был явно впечатлен. Они и смеялись, и качали головой, и говорили: "Ну, ты даешь!". В другое время я, наверное, насладилась бы произведенным эффектом, но тогда мне было не до того. Мотоцикл-то остался в милиции, и размеры штрафа большой цифрой "600" туманно маячили у меня в мозгу, расплываясь и складываясь снова...
   ...Я шла в милицию и храбро улыбалась. Я готовилась брать Бастилию. Ну, не знаю, то ли им обычно скучно в аэропорту живется, без правонарушений, то ли правонарушения какие-то стандартные и мой въезд на "взлетку" был событием из ряда вон, но я поняла, что меня явно запомнили и ждали. Потому что один дяденька милиционер стоял на крыльце, улыбался мне и сказал второму, в помещении: "Вот, Маша пришла". Как будто мы хорошие знакомые или приятели. В отделении я вручила им документы. Дяденька милиционер постарше проверил документы и по рации сказал: "Маша пришла. Принесла документы, все в порядке. Ну, что?" Выслушал, что ему там говорили, положил трубку и сказал: "Ну, что, Маша. Все в порядке, мотоцикл не в угоне, забирай"... "А штраф?" — спрашиваю. "Маша, забирай мотоцикл и езжай. И больше по территории аэропорта не езди, пожалуйста". И отдал мне документы. Я просто передать не могу, какой груз свалился у меня с души, и как я была им благодарна! И у меня, наверное, на лице отразилась вся гамма чувств: от недоверия до благодарного блаженства, потому что дяденька милиционер постарше вдруг решился и спросил с чувством: "Маша, скажите, зачем вам мотоцикл?" Нет, даже не так. На бумаге так не получается. Примерно вот так: "Маша, скажите, ЗАЧЕМ ВАМ МОТОЦИКЛ?" Я растерялась. Конечно, в ответ на такой вопрос можно картинно (типа скромно) загадочно замолчать, выдержать паузу, бросить выразительный взгляд на небо, свобода, мол… Кино, короче. Но в отделении милиции нет неба, там только потолок. К тому же, я сама толком не знаю, зачем он мне... Именно ЭТОТ мотоцикл. Ездить учиться? Понятное дело. А вообще… Просто, наверное, каждый по-своему ищет ощущение полноты жизни, только и всего.

Автор: Мария Федченко.
Фото: предоставлено автором


Источник: http://www.motodrive.com.ua
Категория: Путешествия и др.истории | Добавил: motosever (13.08.2008)
Просмотров: 590
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz